Главная
Колонка автора
Ваши рассказы
Ваша история
Биографии
Интервью
Форум
Консультации психолога
НЕБИРИК

Колонка автора
    Вот подумалось мне как-то сегодня о том, в чем же заключается секрет счастливой семейной жизни?И вспомнилась фраза, гласящая: «Отношения в доме, в семье зависят от женщины»..Надо понимать, что отношения зависят от ума женщины, ее терпения, любви, готовности на жертвы и т.д. Следовательно, если отношения в семье хорошие, значит женщина достаточно умна, терпелива, любвеобильна, готова на жертвы и т.д. но тогда получается, что в тех случаях, когда счастья не получилось, женщины не умны, не терпеливы, не готовы на жертвы?Но ведь это же полный абсурд! Поскольку таких несчастливых семей тысячи, сотни тысяч, при этом женщины, живущие  в таких семьях умны, талантливы, замечательны! И пускай у этих женщин все будет хорошо -  а те, кто смог создать семейное счастье -  кто – нибудь, когда – нибудь подсчитывал сколько приходилось раз этим женщинам, создавшим замечательные семьи, а также всем другим пытавшимся это сделать, идти на уступки, на жертвы, наступать себе на горло ради семейного благополучия? Навряд ли...   
       

 
 
Регистрация

Введите логин и пароль:
Логин:
Пароль:
Забыли пароль?
 
 
 
 
Элеонора Бекова - Красивый звук — визитка русского исполнителя


Вы здесь: Главная / Интервью / Элеонора Бекова - Красивый звук — визитка русского исполнителя .
(количество просмотров: 97)

   


Элеонора Бекова

 ( .... )

Россия (russia)

«КОМСОМОЛКА, отличница и вообще — красавица!» — все это в буквальном смысле применимо к Элеоноре БЕКОВОЙ. Одна из лучших выпускниц Московской консерватории, лауреат премии Ленинского комсомола, неизменный участник правительственных концертов… После побега ее сестры в Англию в самом начале 80-х все сильно изменилось — Элеоноре пришлось довольствоваться выступлениями исключительно на провинциальных сценах, в столице ее имя было занесено в «черные списки». Сейчас диски с записями концертов «Трио сестер Бековых» расходятся на Западе миллионными тиражами. А Элеонора, как и ее сестра, живет в Англии и играет в лучших концертных залах Европы. «Лондонская Шахерезада» — так ее называют в местной прессе.

 

 

Ссыльный учитель

— МУЗЫКЕ вы начали учиться в Караганде. Правда, что вашим преподавателем был политзаключенный?

— Да, это был замечательный музыкант Александр Кнауб, в свою очередь ученик легендарного Гольденвейзера. Музыкальную школу в Караганде основал один энтузиаст, я, к сожалению, не знаю его имени. Он ходил по шахтам и буквально упрашивал начальников забоев дать ему преподавателей для школы — ведь тогда почти в каждой из этих шахт работали ссыльные музыканты. Впрочем, кого там только не было! Мы столько знаменитых имен слышали с раннего детства… В Караганде тогда кипела культурная жизнь, с концертами приезжали великие музыканты. В здании детской музыкальной школы — другого помещения не было — давал концерты Давид Ойстрах, на единственном рояле «Эстония» играли и Белла Давидович, и Святослав Рихтер… Это была какая-то особая атмосфера, которой я никогда нигде больше не встречала. Мы были окружены талантливыми людьми.

— Популярность музыкальных школ в России сейчас уже далеко не та, детей все больше на карате отдают. Изменилась ли как-то со временем и методика преподавания музыки — то, что называют «школой» в более широком смысле?

— Когда детишки в 7–8 лет уже играют наравне со взрослыми — это замечательно, но… Это не талантом они блещут, а техникой. Талант должен вызреть. Его нужно выпестовать, взлелеять, на это нужно время. В искусстве нет слова «быстро». Нельзя перескочить через какой-то определенный этап. Позже это обернется своими минусами. Гениальность — это талант плюс школа. И вот отсутствие этой самой школы, незрелость очень заметна у многих современных молодых исполнителей.

В эмиграцию по путевке ЦК ВЛКСМ

— ВЗЯТЬ афишу практически любого концерта в Европе… Если в ней нет фамилий наших соотечественников — это, скорее, исключение…

— Если говорить о солистах, то у русских исполнителей есть преимущество перед зарубежными — звук. Это традиция русской школы, основа русской музыки. Красивый звук — это как бы визитная карточка русского музыканта. Что же касается оркестров, то именно этот самый звук часто становится препятствием для приема в большие оркестры, я знаю немало тому примеров. В России всегда прежде всего воспитывали солистов, а для слаженного звучания оркестра эта ярко выраженная индивидуальность может стать помехой.

— В 1981 году ваша младшая сестра Альфия попросила политического убежища в Англии. Из-за этого вы почти 8 лет были лишены возможности заниматься концертной деятельностью. Вы не были в обиде на сестру? Или вы знали о ее намерениях?

— Нет, для нас это известие также явилось полной неожиданностью, но и обиды никто не держал. Даже, наоборот, я думала: пусть хоть одной из нас будет хорошо.

— Ну, если честно, наверное, все же сестрам из «лучшего трио Советского Союза» и дома было отнюдь не плохо!

— Если говорить о материальном благополучии, то, конечно, грех жаловаться. А вот в творческом плане была неудовлетворенность. Известно, как происходили почти все эти правительственные концерты. Мы играли вечное трио Брамса, получали очередную награду… и все. Были певцы — весь их репертуар состоял из 5–6 песен или романсов, которые они исполняли на каждом концерте, и получали за это награды и звания. Но нам этого было мало. А на гастроли за границу нас не пускали, мы же сестры, одна семья — боялись, что не вернемся.

— Почему Альфия выбрала именно Англию?

— Англия была первой страной, куда Альфия выехала без надзора. И хотя много писали, что она не вернулась с гастролей, но это не так. Там вышла полукомическая история. В том году нам было присвоено звание лауреатов премии Ленинского комсомола. По этому случаю нас вызвали в ЦК комсомола, поздравили и на выбор предложили поощрительные призы, в основном путевки за границу. Ни я, ни старшая — Эльвира — ехать туристами в составе группы не захотели, обе мы только что вышли замуж. Тогда руководство буквально навязало младшей, Альфие, путевку в Лондон. На свою голову. Тот «комсомолец», который сестре ее вручал, вылетел из своего кресла на следующий же день.

Продайте нам ваше лицо!

— Я СЛЫШАЛА, что вашим именем было названо какое-то шампанское. Как это получилось?

— Эта история мне самой до сих пор кажется невероятной. В Москве в 1999 году мы записывали с сестрами концерт Стивена Гербера. После 8-часовой записи поехали поужинать в ресторан, и там ко мне подошел мужчина, представился директором совместного предприятия шампанских вин и говорит: «Продайте нам ваше лицо». Я вообще не поняла, чего он хочет. Мы только закончили играть, еще музыка звучит в голове. Я тогда просто посмеялась. Но потом они нашли меня уже в Лондоне — и опять: продайте лицо. Я согласилась. Потом уже и забыла об этой «сделке», пока в один прекрасный день вдруг не получила ящик шампанского «Элеонора» в подарок. Это была маленькая партия, выпущенная к 2000 году.

— Если не секрет, за сколько лицо-то продали?

— Так вот, за тот самый ящик. Банковского чека к нему не прилагалось. Я не бизнес-вумен, и все наши переговоры по «продаже лица» свелись к моему согласию: «Да выпускайте свое шампанское, фотографию найдете у моего агента». Вот и все. Я и отнеслась к этому как к маленькому приключению, не больше.

— На сцене вы не просто играете — это целое действо. Не говоря уже о ваших одеяниях. Это необходимо?

— На концерте включаются все чувства. Звуки музыки, красивый вид исполнителей, мягкие кресла, запах духов, шампанское в буфете — все это создает ощущение праздника.

— Расскажите о вашей теории «профессиональной родословной».

— Это, в сущности, никакая не теория. Научных статей я на эту тему не писала. Просто сейчас все вокруг стали интересоваться своими родословными и появилось несметное количество потомков Рюриковичей, Чингисхана и так далее (я не хочу обидеть тех, чьи родословные действительно восходят к историческим личностям). Это, конечно, хорошо, что люди наконец заинтересовались своими корнями. Я же подумала: а что, если попытаться вывести профессиональную родословную? Начала со своей. И вот что получилось: у Бетховена учился Черни, у Черни учился Лист, у Листа — Зилоти, у Зилоти — Гольденвейзер. Учеником Гольденвейзера был Александр Кнауб, потерявший здоровье в карагандинских рудниках и умерший прямо в музыкальной школе. А у Кнауба училась я. Вот такая цепочка. И я думаю, что каждый музыкант может проследить свою музыкальную родословную. Это не просто очень интересно — по совокупности всех этих цепочек можно судить о том, что же такое наша русская школа, из чего она состоит, как возникла. Вот и вся теория. Зато, когда думаешь об этом, физически начинаешь ощущать связь времен.

Дата публикации на сайте: 06.04.2004

http://www.peoples.ru/art/music/classical/bekova/

www.peoples.ru

 

 
  Сайт разработан в студии SF7
tel.: +7 /3272/ 696500
© 2017 "Истории о нас"
Все права защищены.