Главная
Колонка автора
Ваши рассказы
Ваша история
Биографии
Интервью
Форум
Консультации психолога
НЕБИРИК

Колонка автора
    Вот подумалось мне как-то сегодня о том, в чем же заключается секрет счастливой семейной жизни?И вспомнилась фраза, гласящая: «Отношения в доме, в семье зависят от женщины»..Надо понимать, что отношения зависят от ума женщины, ее терпения, любви, готовности на жертвы и т.д. Следовательно, если отношения в семье хорошие, значит женщина достаточно умна, терпелива, любвеобильна, готова на жертвы и т.д. но тогда получается, что в тех случаях, когда счастья не получилось, женщины не умны, не терпеливы, не готовы на жертвы?Но ведь это же полный абсурд! Поскольку таких несчастливых семей тысячи, сотни тысяч, при этом женщины, живущие  в таких семьях умны, талантливы, замечательны! И пускай у этих женщин все будет хорошо -  а те, кто смог создать семейное счастье -  кто – нибудь, когда – нибудь подсчитывал сколько приходилось раз этим женщинам, создавшим замечательные семьи, а также всем другим пытавшимся это сделать, идти на уступки, на жертвы, наступать себе на горло ради семейного благополучия? Навряд ли...   
       

 
 
Регистрация

Введите логин и пароль:
Логин:
Пароль:
Забыли пароль?
 
 
 
 
Дарья Донцова /Агриппина Васильева/ - Переехала в особняк из-за жадности


Вы здесь: Главная / Интервью / Дарья Донцова - некоторые из ее интервью / Дарья Донцова /Агриппина Васильева/ - Переехала в особняк из-за жадности .
(количество просмотров: 60)

   


 

Дарья Донцова /Агриппина Васильева/

 ( 07.06.1952 года [Москва])

Россия (russia)

МЫ ДОЛГО плутали по подмосковным дорогам, пока среди десятков элитных поселков не нашли тот, в котором обосновалась Дарья Донцова. Семейство писательницы въехало в трехэтажный особняк полгода назад, но до сих пор живет здесь в гордом одиночестве. Остальные жильцы еще достраивают свои хоромы. А по брусчатым улочкам поселка вместо нянечек с колясками и домработниц с собачками бегают прорабы с чертежами и рабочие с тачками.

 

 

— МЫ ПЕРЕБРАЛИСЬ сюда 1 июля исключительно из-за жадности. Не хотелось за полгода вперед платить за съемный дом, в котором жили раньше. Только сэкономить все равно не очень получилось. Прораб, который занимался строительством нашего дома, оказался вором. Еще перед прошлым Новым годом я отдала ему последнюю сумму, и он исчез. Мы приехали на стройку, рабочие как-то странно мялись, пока самый смелый не подошел и не сказал: «Мы хотим на Новый год домой поехать. Не могли бы вы нам хоть немножечко заплатить?» «Как немножечко?! — удивляюсь я. — Вам что, ни разу не платили?» — «Нет. Прораб говорил, что у вас сейчас нет денег». У меня просто волосы на голове дыбом встали. Я этому прорабу по первому свистку деньги отдавала. В общем, пришлось платить второй раз. А когда переехали, выяснилась еще одна интересная деталь. Все, за что я платила дорого, на самом деле покупалось по дешевке и было плохого качества.

Сначала сломался котел отопления. Я пригласила знакомых из МВД, которые занимаются профессиональными экспертизами, и они мне четко сказали: котел был старым. На него надели новый кожух и подсунули мне. Еще в доме нечто странное происходило с электрикой. Если включали свет в большой комнате, моментально вырубалось освещение в гостевых комнатах и в кабинете мужа. А когда включали свет в кабинете, не работала СВЧ-печь и телевизор в комнате дочки. Электрику пришлось переделывать, а значит, по новой штробить стены, а потом опять замазывать. Еще регулярно пропадала вода и тормозились элекрические ворота. Зато совершенно идеально работала система сигнализации. Стоило кому-то кашлянуть, включались все датчики и приезжал ОМОН. Это была песня!

Когда у меня дома в очередной раз все «посыпалось», приехала в фитнес-клуб, забилась под лестницу и разрыдалась. Подходят ко мне трое очень богатых серьезных бизнесменов (у нас в клубе сложилась почти семейная обстановка): «Ну что ты рыдаешь? Муж изменил?» Я, размазывая сопли, выкладываю свои проблемы. А они в ответ рассказали, как строили свои дома. И тут я поразилась: если уж таких железных людей обманули строители, то мне остается только похихикать.

Помню, приехала на ближайший строительный рынок прямо со своей стройки в китайской курточке, капюшончике и в жутко растоптанных сапогах. Надо было купить бочку для мазута. Продавец, приняв меня за кого-то из обслуги, спрашивает: «Слушай, ты! Тебе чек для себя или для хозяина?» Для «хозяина» он готов был любую цифру нарисовать. Так и обманывают.

Хотя зря я, конечно, говорю только о плохом опыте. Мне сделали замечательный камин, сшили красивые занавески. И за всю мебель для дома производства Белоруссии заплатила столько, сколько итальянская фирма просила всего за один маленький кабинетик.

Вот так полгода живем и все что-то переделываем. Я тут приезжаю однажды домой довольно поздно, а из моей спальни выходит дяденька с дрелью и спрашивает: «А вы кто?» — «Вообще-то хозяйка». — «Ну и замечательно. Я тут пришел пару дырочек под батарейку сделать». В данный момент, пока мы с вами разговариваем, у меня ставят генератор (в Подмосковье, к сожалению, часто отключают электричество), чинят батареи, на третьем этаже собирают мебель, а Аркадий переезжает в свой дом. Хорошо, что вы вчера не приехали. Здесь от отбойных молотков стены тряслись.

— Ваш сын Аркадий поселился в соседнем доме?

— Его дом получился из… гаража. Мы построили хороший гараж на две-три машины. Но, поскольку гостевых комнат на всех не хватало, решили над гаражом оборудовать квартирку в три комнаты, и Аркадий согласился туда переехать. Когда все было готово, муж вошел, затопал ногами и закричал: «Что ты придумала! (Как будто я имела какое-то отношение к этому проекту.) У ребенка внизу будут стоять машины и отравлять его! Убрать ворота! Вставить окна!» В результате у Аркадия получился отдельный дом. И как раз сегодня торжественный момент его переезда. Только я смотрю, что-то он слишком много мебели отсюда к себе перетаскивает. Ар-ка-дий!

«Пару лет назад меня похоронили»

— ЗНАЕТЕ, что меня поразило, когда вошла в ваш дом? Я как будто попала в одну из ваших книг, в особняк в Ложкине, где живут Даша Васильева, ее дочка Манька, сын Аркадий, домработница, мопсы, бегающие по комнатам… Не думала, что вы их полностью списали со своих домашних.

— Да, ужас! И все мои подруги тоже попали в книжки. Но самый криминальный момент произошел с Николеттой, мамой Ивана Подушкина, которую я содрала со вдовы одного писателя. Когда книжка вышла, думаю: «Вот черт меня дернул! Сейчас она себя узнает, и мне не жить». Но, представьте себе, пришла ко мне эта тетенька и говорит: «Деточка, замечательная книжка. И бывают же такие противные старухи, как эта Николетта». Она себя не узнала!

— Можно раскрою один секрет нашим читателям? Фотограф Сергей Иванов, который сделал снимки для этого материала, — давний знакомый писательницы Дарьи Донцовой. Правда, тогда вы еще не были писательницей и звали вас Агриппиной.

— Мы с Сережей работали в отделе «Культура» ежемесячного журнала «Отчизна», куда я пришла из газеты «Вечерняя Москва». Это был особый журнал, его еще называли «Отдел КГБ». Журнал был рассчитан на Запад, поэтому был очень пропагандистским и писал о том, чем СССР мог похвалиться, то есть деятелями культуры. Я была на вашем месте, брала интервью, а Сережа снимал.

Это был отличный опыт. Сколько раз мне приходилось слышать от знаменитостей: «Девушка, цигель-цигель, у меня только 10 минут. Два вопроса в коридоре, не снимая ботиночек». Поэтому, когда ко мне стали приходить журналисты, у меня всегда есть чай с конфетами. Я знаю, как это унизительно — стоять в коридоре, когда звезда тычет тебя носом в твои собственные ботинки.

— За чай, кстати, спасибо. Только наш брат журналист не всегда отвечает вам взаимностью.

— Я вот чему удивляюсь. Пришел как-то ко мне человек, попил чайку и написал такую статью, что сердце радовалось (а кому не нравится, когда его хвалят?). Через две недели под другой фамилией появился материал (у меня много приятелей в СМИ, и я узнала, что это были творения одного и того же человека): «Донцова — дура, пишут за нее «негры», и вообще у нее правая нога деревянная».

Иногда такие глупости про себя читаю… Пару лет назад одна газета меня мило похоронила. В 9 утра позвонил распорядитель фан-клуба в слезах: «Маша, когда похороны мамы?» А трубку взяла я. Он, рыдая и квакая, сказал, что узнал о моей смерти из газеты. Я потом сама прочитала: «После тяжелой операции в больнице на Каширском шоссе умерла Дарья Донцова».

У меня в тот день все телефоны оборвали. К девяти вечера довели до такого состояния, что села перед микрофоном на радио «Маяк» (у меня тогда была своя передача) и говорю: «В прямом эфире труп Донцовой». А закончился денек в супермаркете, куда в половине одиннадцатого вечера пришла за продуктами. Кассирши вскочили, подбежали: «А нам сказали, что вы повесились. Мы так плакали». Кстати, на Каширском шоссе тогда действительно умерла женщина по фамилии Донцова. Но маленький нюанс. Звали ее не Даша, и было ей далеко за 80 лет.

Когда в нашей стране только стала появляться желтая пресса, газеты шли на удивительные вещи. В 2000 году в магазине подошел мужчина с открытым пакетом томатного сока и выплеснул его прямо на мое белое пальто. Я, как всякий нормальный человек, уже открыла рот и собралась выдать определенный пассаж на чисто русском языке, как вдруг заметила у него на куртке торчащую петличку. Мы с охранником задержали его до прихода милиции, вытащили диктофон, микрофон… Я пошла на принцип и потребовала у газеты покупки нового пальто. Пальто, кстати, привезли уже к вечеру.

— Поэтому вы теперь прячетесь в закрытом поселке в Подмосковье?

— Муж ехидно говорит, что основным побудительным мотивом переезда за город стало нежелание семьи выгуливать собак. А здесь они самостоятельно носятся по участку, и все довольны. Но на самом деле уехали из города по другой причине. После курса химиотерапии у меня обожжены легкие. Как только выезжаю в Москву, начинаю задыхаться.

«Подхожу к зеркалу и вижу — Фантомас»

— НЕДАВНО прочитала результаты социологического опроса на тему «Чего больше всего боятся современные российские женщины?» На первое место наши женщины поставили рак молочной железы, на второе — смерть…

— Иногда действительно кажется, что лучше умереть, чем болеть. Потому что онкология связана с физической болью, а умереть можно тихо и даже счастливо. Моя бабушка в старости заболела болезнью Альцгеймера и в один из моментов просветления призналась: «Знаешь, какая я счастливая! Я могу заново читать книги, которые когда-то любила». Когда пожилой человек превращается в ребенка, это неприятно для родствеников, но ему самому хорошо.

А онкологии не надо бояться, потому что она лечится. Теперь я это точно знаю. Только лечат не бабушки, которые водят над вами руками или поят раствором из чернил с петрушкой, а люди в белых халатах, скальпель, химио- и лучевая терапия. Вместе со мной в больнице лежали жена одного очень крупного экстрасенса и жена известного колдуна. И обе умерли. Для меня это было очень показательно. А медицина сейчас многое может. Меня оперировал самый обычный врач в 62-й больнице, который стоит на потоке и делает по три операции в день. Подавляющее большинство женщин ушли от него на своих ногах с благоприятным прогнозом. Дальнейшая жизнь зависела от них самих. Главное — найти «якорь»: дети, муж, родители, растения… Если поставили диагноз «онкология», это не значит, что следующая станция — крематорий.

— Неужели в 1998 году, когда у вас обнаружили опухоль, вы были столь же оптимистичны?

— Когда подруга-хирург увидела у меня опухоль (мы с ней переодевались в бассейне), у нее так изменилось лицо, что я поняла — дела там совсем плохи. Поэтому морально была ко всему готова. Только спросила у доктора: «Сколько?» Когда он сказал, что никто не имеет права давать таких прогнозов, прижала его к стенке: «У меня дети, бабушки, муж, собаки. Я должна привести в порядок свои дела». И он назвал срок… Я вышла из больницы и стала рыдать. А пока доехала до Москвы, решила: «Ну фиг вам! Чтобы я, такая хорошая, и умерла? Как это? Вот так была-была и вдруг меня нет?» Стала планировать собственные похороны. Что надеть, какое платье купить — надо же прилично выглядеть. Обалдеть! Самой стало смешно от этих планов. А потом просто уперлась рогом. Не слушала соседок по палате, которые все время рассказывали какие-то немыслимые страшилки, надела наушники, сидела и писала (свои первые детективы Дарья Донцова написала именно в больнице. — Авт.).

Я, как птица-говорун, убеждала баб не бросать химиотерапию. «Прерву курс, меня тошнит», — ныли они. «Вот дура! В гробу тебя точно тошнить не будет, — говорила я. — И вообще, у тебя дети есть? Значит, был токсикоз. А почему сейчас не можешь потерпеть?» Чего они только не боялись: «Буду лысая, ногти поломаются, зубы выпадут».

Ой, у меня с волосами была суперистория! Наверное, уже после четвертой химиотерапии проснулась и стала собираться на работу. Я тогда еще вела курс немецкого языка в магазине «Молодая гвардия». Подхожу к зеркалу и вижу — Фантомас. У кого-то волосы частями выпадают, а у меня все сразу. А те, что остались, торчали на голове редкими кустиками.

Я как закричу: «А-а-а». Прибегают Маша с Аркадием… Маня тут же испарилась куда-то, а Аркадий нарезает вокруг меня круги и рассказывает, как круто выглядела лысой Деми Мур и что вообще сейчас половина шоу-бизнеса побрилась. Говорит, а у самого губа трясется. Тут прибегает Маша с париком, купленным в переходе метро, надевает его на меня и говорит: «Мама — это супер!» Я смотрю на себя в зеркало и вижу нашу пуделиху Черри — по бокам ушки висят, а сверху хохолок торчит. Расхохоталась так, что слезы потекли, дети успокаивают: «Мама, не плачь». А я им даже не могу сказать, что не плачу, а смеюсь.

Поехала на работу. На дворе август. Сижу в метро — духотища, а в парике жарко, как в шапке, по лицу пот ручьями течет. Мучилась-мучилась, не выдержала и сняла этот дурацкий парик. Думаю, те, кто сидел в вагоне, на всю жизнь меня запомнили. Правда, народ у нас деликатный, тут же все в газетки уткнулись. И когда появилась на пороге «Молодой гвардии», вошла и сказала группе «здравствуйте», никто даже виду не подал, что что-то не так.

Потом пошла к своей подружке парикмахеру — надо было что-то делать с кустиками на голове. Катька чуть инструменты не уронила, когда меня увидела. А что делать? Только брить. Прибегает ее муж с работы, влетает в ванную, видит меня лысую на табуретке, Катьку с машинкой в руках и как закричит: «Катька-дура, пэтэушница, что ты с ней сделала? Ты же изуродовала Сашкину жену». «Да я сама…», — говорю ему. Потом до него все дошло.

Волосы выпали по всему телу — ни бровей, ни ресниц не было. А потом все замечательно снова выросло (на ногах могли бы и не вырастать, сколько денег бы на эпиляции сэкономила). Кстати, меня обманули. Сказали, что после химиотерапии волосы будут виться. У кого-то они, может, и кудрявые выросли, а у меня прямые.

— Удивительно, с каким юмором вы говорите о таких вещах.

— Я долго уговаривала одну нашу известную актрису, тоже столкнувшуюся с онкологией: «Ты же многим людям поможешь, когда расскажешь, что вылечилась». Не захотела. Я очень уважаю Алену Апину за то, что она честно призналась в том, что ее ребенка выносила суррогатная мать. Она дала надежду многим женщинам. Уважаю Шуру, который сказал, что слез с наркотиков, и Сережу Мазаева за то, что всем говорит: «Да, я пил, как сапожник, но бросил. И вы сможете». Я вслед за ними говорю — я выздоровела, и у вас получится.

Многие удивляются, почему я не потолстела после лечения гормонами. «А вы не жрите макароны с соусом, — говорю я. — Я отсидела на гормонах, как и положено, шесть лет. А не потолстела только потому, что ела одну китайскую капусту».

— Еще женщины боятся лишиться бюста…

— А что, я похожа на инвалида? Помню, на программе «Я сама» меня так разозлила одна журналистка (она спросила, приятно ли мне делать пиар на онкологии), что я сняла кофточку и осталась в одном бюстгальтере. «Если угадаете, с какой стороны была операция, дам 100 долларов», — предложила я. Не угадали. Сегодня очень хорошее протезирование, поэтому, когда вы в белье, никто ничего не заметит.

Помню, иду после операции по Переделкину и встречаю вдову одного писателя, о любовниках которой в свое время слагались легенды. Мужики из-за нее дуэли устраивали. «Ты чего такая кислая?» — спрашивает. «А чего радоваться. Мне операцию сделали». Она задирает кофточку: у меня одной груди нет, а у нее обеих! Оказывается, бюста она лишилась чуть ли не во время войны! Я была в полной растерянности: «А про твоих любовников врали что ли?» Она усмехнулась и говорит: «Деточка, а кто тебе сказал, что мужчина живет с бюстом?»

Дата публикации на сайте: 17.12.2005

http://www.peoples.ru/art/literature/prose/detectiv/dontsova/interview2.html

www.peoples.ru

 

 
  Сайт разработан в студии SF7
tel.: +7 /3272/ 696500
© 2017 "Истории о нас"
Все права защищены.