Главная
Колонка автора
Ваши рассказы
Ваша история
Биографии
Интервью
Форум
Консультации психолога
НЕБИРИК

Колонка автора
    Вот подумалось мне как-то сегодня о том, в чем же заключается секрет счастливой семейной жизни?И вспомнилась фраза, гласящая: «Отношения в доме, в семье зависят от женщины»..Надо понимать, что отношения зависят от ума женщины, ее терпения, любви, готовности на жертвы и т.д. Следовательно, если отношения в семье хорошие, значит женщина достаточно умна, терпелива, любвеобильна, готова на жертвы и т.д. но тогда получается, что в тех случаях, когда счастья не получилось, женщины не умны, не терпеливы, не готовы на жертвы?Но ведь это же полный абсурд! Поскольку таких несчастливых семей тысячи, сотни тысяч, при этом женщины, живущие  в таких семьях умны, талантливы, замечательны! И пускай у этих женщин все будет хорошо -  а те, кто смог создать семейное счастье -  кто – нибудь, когда – нибудь подсчитывал сколько приходилось раз этим женщинам, создавшим замечательные семьи, а также всем другим пытавшимся это сделать, идти на уступки, на жертвы, наступать себе на горло ради семейного благополучия? Навряд ли...   
       

 
 
Регистрация

Введите логин и пароль:
Логин:
Пароль:
Забыли пароль?
 
 
 
 
Евгения Крюкова


Вы здесь: Главная / Интервью / Евгения Крюкова.
(количество просмотров: 68)

   


(11.06.1971 года)

Россия

Некоторые актеры уверяют, что бывают роли роковые, опасные. Наталья Варлей, например, частенько говорила: Как полежала я в гробу в фильме Вий, вся моя карьера полетела. Мне кажется, это неверно. Я тоже лежала в гробу - в Петербургских тайнах, но не могу сказать, что это отрицательно сказалось на моей дальнейшей жизни. 
 

- Я слышала, что когда снимали Петербургские тайны, с вами произошла совершенно невероятная история. Вы ловили машину и... встретили человека, который стал вашим мужем.
- Ну, об этой истории уже много писали. Я ловила такси, он меня подвез и потом около года был моим личным шофером. На каждый спектакль привозил по сотне роз, я его полюбила и вышла за него замуж. Вот и все.
- А чем он занимается?
- Он финансист. К театру никакого отношения не имеет - если не считать того, что теперь вот у него жена - актриса.
- Вы верите в счастливый случай?
- Я верю в судьбу. Просто так, мне кажется, ничего не происходит. Хотя в моей жизни много случайностей. К примеру, я вовсе не собиралась становиться актрисой.
Родители мои инженеры, актеров в семье никогда не было. Мне прочили карьеру художника, архитектора - я неплохо рисовала. И как-то так само собой определилось: Пойдешь, Женечка, в Архитектурный институт. Женечка послушалась. Перед экзаменами, правда, начала сомневаться, но мама сказала: Ага, боишься, что не сдашь?! Я и сдала - почти что на спор, а потом поняла, что это дело для меня чужое, начала прогуливать лекции, заваливать экзамены и в конце концов забрала документы. Мама после этого полгода со мной не разговаривала. А я думала: буду на театрального художника учиться. Пойти в артистки - такой мысли не было. Пока однажды я не познакомилась с молодым человеком, который учился в Щепкинском училище (МАРХИ и Щепка рядом). Он пригласил меня на студенческий спектакль, и там мне неожиданно предложили сниматься в кино. В антракте подошел незнакомый человек, представился помощником режиссера: Вы, наверное, студентка? - Нет, я никакого отношения к театру не имею - Ну, это и не важно. Приходите на пробы. Вот так...
Картину снимали на студии Беларусьфильм. Правда, у меня роль оказалась никакая - деревенская трактористка Валька. Потом, после конфликта с режиссером, мои сцены вообще из фильма вырезали.
- А из-за чего был конфликт?
- Стандартная ситуация: молодая артистка не ответила взаимностью на ухаживания режиссера... В результате у меня начались неприятности. Я тогда уже хотела поступать в театральный; режиссер не отпускал меня со съемок на экзамены. И мы просто убежали в Москву: я и еще два мальчика. Добирались на перекладных, с приключениями. Помню, как ночью ходили домой к начальнику вокзала на станции Орша, упрашивали, чтобы он посадил нас на поезд. Приехали в Москву, следом посыпались разгромные телеграммы: срыв съемок, неустойка, пятьдесят тысяч долларов... Мне посоветовали: Сиди и не отзывайся. Я так и сделала. Потом уже другие телеграммы пошли: Пожалуйста, вернитесь! В конце концов все наши сцены из фильма выбросили, у режиссера случился инфаркт - в общем, история вышла неприятная.
На экзамены в институт я, естественно, опоздала. Устроилась художником к Спесивцеву. Театр у него не совсем обычный - монтировщики выходят на публику, актеры декорации ставят. Все кончилось тем, что и я однажды вышла на сцену. Но профессионалы на меня смотрели снисходительно, да я и сама понимала, что не могу работать с ними на равных. Ушла из театра, стала готовиться в институт. Ну и поступила...
- А что же тот студент Щепки, с которого все началось?
- Он стал моим мужем, правда, неофициальным... Мне было семнадцать лет, страшно хотелось самостоятельности, хотелось как можно скорее вырваться из дома, и я в общем-то недолго раздумывала... Но мы так и не расписались. Уже подали заявление, но я почему-то испугалась идти в загс, наверное, чувствовала, что это ненадолго. И придумала версию, что нельзя жениться без колец - вот когда будут кольца, тогда и пойдем. Денег на кольца у нас не было - оба же студенты...
Через четыре года мы разошлись. Не смогла я с ним жить: его вечные капризы, желание нравиться, слышать комплименты - все это было мне неприятно. Мне казалось, что этот человек мне абсолютно не подходит - или я ему. Тогда я многого не понимала.
- Мэрил Стрип, кажется, заметила однажды: Актриса - больше чем женщина, актер - меньше чем мужчина.
- Я с ней согласна. Готова подтвердить это своим опытом, потому что дважды была замужем за актерами, и оба раза неудачно. Я поняла (да простят мне это мои коллеги), что артисты - просто не мужчины. Актер - всегда актер. Это страшный эгоизм, стремление во всем быть первым, дикая ревность, если у тебя что-то получается лучше...
- А как вы жили эти четыре года? У вас была типичная такая студенческая семья: бутерброды на завтрак и на ужин, каждый вечер гости и наутро батарея пустых бутылок на кухне?
- Примерно так все и было. Помню, как он первый раз мне объявил: Сегодня придут мои друзья. Я обрадовалась. У нас в семье любили гостей: мама пекла пироги, все играли в какие-то игры, шутили, танцевали, всегда было очень весело. Мне казалось, что так должно быть и у меня, у нас с мужем. Его друзей я до этого еще не видела, но была почему-то уверена, что все они люди замечательные: я училась на первом курсе МАРХИ, а они уже заканчивали театральный. Люди из мира искусства, взрослые, умные, талантливые... Я напекла пирогов, ждала их весь вечер... А они ввалились в шесть утра совершенно пьяные, и мои пироги были им совсем не нужны. И чистое постельное белье тоже не понадобилось. Так было обидно... С тех пор не люблю, когда кто-то остается у меня ночевать.
- Как же вы после этого не раздумали поступать в ГИТИС? Увидели театральный мир с изнанки, пришли в ужас...
- Но ведь все дело в том, как ты будешь существовать в этом мире! Мне никогда не была интересна околотеатральная тусовка. Я поступила в ГИТИС, на третьем курсе уже репетировала главную роль в спектакле, который ставил на сцене Театра имени Моссовета французский режиссер. Не могу сказать, что это лучшая моя работа, но для меня она тогда была важной. Я осталась в театре и к окончанию института уже играла три главные роли.
- И снова вышли замуж, и опять за актера.
- Так получилось. Глупо, наверное, дважды совершать одну и ту же ошибку, но...
- Чем же он вас поразил?
- Не то чтобы поразил... Он показался мне несчастным, одиноким... Мы начали вместе репетировать - он учился на высших режиссерских курсах и предложил мне работу, - и мне почему-то вдруг страшно захотелось накормить его домашним обедом. Вы знаете, наверное, это извечное желание русской женщины - подобрать, обогреть, накормить...
- Ну да, ведь он гений, и при этом непонятый, неухоженный, голодный..
- Он часто рассказывал, какой он талантливый, постепенно и я стала в это верить... Да что там говорить, он действительно хороший актер. Потом он был старше на семнадцать лет, умнее. В общем, я провела с этим человеком два года, и сейчас, когда я его встречаю и смотрю на прошлое как бы со стороны, мне страшно: я понимаю, что могла просто погибнуть.
Вы знаете, в астрологии есть такое понятие - векторный брак. Вообще-то я астрологией не сильно увлекаюсь, но недавно мне попалась книга, в которой я наконец прочитала объяснение того, что со мной произошло. Самое интересное, что когда я пыталась рассказать кому-нибудь про свои чувства, мне никто не верил - считали, что я все придумываю.
- По-моему, векторный брак - это когда много любви, много страсти, но совершенно неуправляемые отношения.
- Совершенно верно. Но это неравные отношения, в которых один играет роль хозяина, другой - слуги. Слуга отдает свою энергию хозяину, причем добровольно, тот ее принимает... В истории есть примеры таких пар, в основном творческих: Гумилев и Ахматова, Мюссе и Жорж Санд... Такие романы, как правило, ничем не кончаются: люди могут мучиться всю жизнь, не понимая, что с ними. Или это заканчивается самоубийством. Разорвать векторное кольцо, расстаться почти невозможно: это все равно что отрезать себе руку. Считается, что в очень редких случаях слуга может вырваться из этих отношений: если он это сделает, его ждет очень сильный взлет, потому что высвобождается та энергия, которую он тратил на хозяина. Но все равно разрыв - трагедия для обоих, и кто будет сильнее ее переживать, сказать трудно. Вот что я прочитала в книге, и поняла: это про меня.
- А как это выглядело в семейной жизни? Он пытался вас сломать, подавить?
- У нас не было семейной, жизни. Все два года мы встречались два-три раза в неделю: я сидела и ждала, когда он позвонит и позовет: Приезжай. При этом периодически он делал мне предложения руки и сердца, но жить со мной вместе не мог - говорил, что ему необходимо остаться одному, чтобы отдыхать, думать. Я никак не могла этого понять, не знала, на каком я свете, кем должна себя ощущать. К своей душе он и близко меня не подпускал: у него была своя жизнь, где-то там, вдали. Я же нужна была для того, чтобы им восхищаться, ценить его талант, нервничать, когда его нет рядом...
- И вы целых два года покорно терпели, ждали, когда что-то изменится...
- Я все прощала. Мне говорили: Вот, его видели там-то... Да я и сама прекрасно все понимала, знала, что у него есть и другая жизнь, но всегда находила ему очередное оправдание. Мои друзья твердили, что я сошла с ума, мама просто на дыбы встала, когда узнала о наших отношениях, кричала, что этот человек меня не любит... Но я никого не слушала.
- Вы сказали, что такие отношения иногда заканчиваются самоубийством. Неужели вы...
- Нет, до мысли о самоубийстве не доходило, потому что я всегда помнила, что у меня есть мама. Ну как она будет жить, если меня не станет? Но мне действительно было очень тяжело. Я перестала спать, похудела, у меня начались нервные срывы, истерики. Не знаю, чем бы это закончилось, если бы я не встретила Сашу...
- Я помню: вы стояли на Тверской, ловили машину...
- Остановились, наверное, три - все с конкретными предложениями. Время-то позднее, спектакль давно закончился... На углу толпой стояли девушки, взиравшие на меня с ненавистью: я же не из их клана, почему тогда тоже тут голосую? Я уже озверела просто. Тормозит четвертая машина, я злобно бросаю: Мне домой! И слышу: Да вы успокойтесь, ради Бога. Садитесь, я вас отвезу.
Вообще-то я не очень люблю разговаривать с водителем, если задают какие-то дурацкие вопросы, стараюсь не отвечать. Но он располагал к разговору. Прилично выглядел, достойно себя вел. Оказалось, что он бывал у нас в театре, видел спектакли. Веселый, открытый человек. Я поймала себя на мысли, что мне с ним почему-то очень легко и спокойно.
- И вы дали ему свой телефон?
- Нет, он телефон не спрашивал. Просто сказал: Я завтра за вами заеду, отвезу в театр. И на следующий день ждал у моего подъезда. А мне было неловко уйти, когда меня ждут...
Вечером Саша приехал за мной в театр. И с этого дня был рядом со мной всегда. Первое время все в театре были шокированы: на каждый мой спектакль он привозил по сотне роз. Их выносили на сцену в огромных корзинах; помню, вся гримерка была заставлена ведрами с цветами. Иногда он передавал на сцену какую-нибудь огромную игрушку, выше меня ростом.
- А что в театре говорили?
- Все с нетерпением ждали, когда он появится. Потом уже, когда мы жили вместе и подарки стали скромней, потому что пришлось считать деньги, меня встречали вопросом: А где же розы?
- И сколько он вас так завоевывал?
- Год. Не знаю, надо ли это говорить, но... наши отношения очень долго оставались платоническими. В это никто не верил: Как так? В театре каждый день интересовались: Ну, а еще что он тебе подарил? И недоумевали: Надо же, так любит - и ничего не требует взамен!
- А он знал, что вы близки с другим человеком?
- Да.
- И не уговаривал вас с ним расстаться?
- Уговаривал, но не настаивал на этом. Саша все видел, понимал, что мне нужно время, чтобы собраться с силами и сделать тот шаг, который я в результате и сделала. Сейчас я понимаю, что вела себя не слишком красиво, и то, что он мужественно это терпел... Как всякому мужчине, ему было невыносимо знать, что я от него ухожу к другому. Сначала он не хотел в это верить, думал, что я ночую у подруги. Когда я сказала: Неужели ты не понимаешь?.. - он расстроился, помрачнел. Конечно, ему было очень тяжело, и я благодарю Бога, что он смог это выдержать.
Он ни на чем не настаивал, просто был рядом. Всегда. Помогал, поддерживал, решал все мои проблемы. Например, когда в театре отмечали юбилей Юрского (он поставил к своему 60-летию спектакль), мы, актеры, сделали ему подарок: сняли какие-то кусочки репетиции, потом смонтировали их на кассету. Осталось доснять фрагмент премьеры, но неожиданно отказала камера. Что было делать? В половине седьмого я в отчаянии звоню Саше: Помоги! Он говорит: Я понял. Через пятнадцать минут принес камеру. Саша просто зашел в первый попавшийся магазин, оставил в залог свои часы, взял камеру и привез ее мне. В театре все были просто сражены.
В наш дом он вошел очень своеобразным способом. Провожал меня домой - сначала до подъезда, потом до квартиры... Борьба шла буквально за каждый метр. Уже у порога я с ним прощаюсь, открываю дверь - а за ней мама. Она у меня очень радушная, гостеприимная. Увидела за моей спиной Сашу: О, да вы заходите, заходите! Саша обрадовался: Видишь, меня приглашают на чашку кофе.
У нас есть собака, американский коккер-спаниель. Пока шла вся это сцена на пороге, Мэт трепал резиновый мячик. И вдруг мы видим, что наш коккер как-то странно трясет головой: короче говоря, он этим мячиком подавился. Стал задыхаться, терять сознание... Я кричу, мама кричит - ужас! Саша влез ему в горло, чтобы достать этот мячик, - и пес задышал, ожил. Для мамы после этого Саша стал самым желанным гостем. Она была категорически против моего прежнего брака, а Сашу сразу приняла...
- А что же ваш векторный спутник... ему было известно, что у него появился соперник?
- Он очень испугался, когда узнал об этом. Ему и в голову не приходило, что я могу его покинуть. И снова заговорил о женитьбе... Мы подали заявление, но в загс так и не пошли. Я понимала, что должна принять решение, но у меня не было сил. Это тянулось несколько месяцев.
И тут меня вызывают на съемки в Будапешт. Саша решил лететь вместе со мной - его дочь училась в Англии, она попала в плохую семью и попросила ее забрать. Он поехал за ней, а меня предупредил: Я буду в Лондоне, но если тебе что-то понадобится - позвони, и я приеду.
Короче говоря, мы должны были лететь одним самолетом. Мой муж (я называла его своим мужем, хотя в законном браке мы пробыли три недели) узнал об этом и в аэропорту выкрал у меня билет. Пока я ходила покупать новый, посадка уже закончилась. Саша увидел, что меня нет, вернул трап и вышел из самолета. Мы вылетели на следующий день. Вот такие вещи происходили.
- Вы обмолвились, что три недели провели в законном браке...
- Сама не понимаю, как это произошло. Он пришел ко мне и объявил, что перенес день бракосочетания: наша свадьба послезавтра... Я не смогла отказаться и пошла с ним в загс. Никто не знал об этом, только моя сестра и его друг. Маме я ничего не сказала - было страшно представить ее реакцию.
Помню, что мы с сестрой ехали в машине и у меня вдруг вырвалось: Я не хочу... Она спросила: Может быть, не поедем? Я призналась, что боюсь...
- Он вас так подчинил себе?
- Наверное... Видимо, мне надо было до конца все прочувствовать, чтобы потом ни о чем не жалеть. Женская логика. Но когда мы стали жить вместе, я поняла, что моя зависимость от него кончилась - я люблю другого человека. Тогда я просто сбежала. Утром, пока он спал.
Все самое свежее, Сплетни, слухи и скандалы о знаменитостях. Более 20000 уникальных посетителей в день могут увидеть Вашу рекламу. Спешите Сохрани свои данные в Америке Dedicated server hosting русскоговорящий персонал, реальные цены, скидки.
- Говорят, что неудачный брак тоже полезен - это хороший урок на будущее...
- Меня эта история многому научила. Я дала зарок, что в моей жизни больше никогда не будет лжи, обмана, недомолвок. Я знаю, что Саша любит меня, и плачу ему тем же. Мы венчались в храме Всех святых на Соколе: выяснилось, что нас обоих в нем крестили. Свадебное платье я придумала сама. Мы с мамой ездили к батюшке, и нам сказали: очень хорошо, если невеста Великим постом сама шьет себе платье. На Красную горку мы обвенчались.
Свадьбу тоже хотели устроить так, чтобы она запомнилась. Все наши друзья - люди творческие, они придумали сценарий похищения невесты. Утром, пока я сидела в парикмахерской, над Сашей издевались по полной программе. Его одевали в какие-то рваные рубашки, пиджаки - это все как бы невеста приготовила. Потом он должен был меня найти. Его водили по всей Москве, на столбы записочки клеили с указаниями, где меня искать. Других невест ему подсовывали - поддельных. Очень смешно получилось.
А я заранее договорилась на Мосфильме насчет лошадей, и на Тверскую, к месту нашего знакомства - это была конечная точка его поисков, - приехала в экипаже. Мы так в нем до Сокола и доехали.
- А свадебное путешествие?
- Путешествовать было некогда: работа, репетиции, выпуск нового спектакля... К тому же Саша так сильно запустил дела за тот год, пока меня завоевывал, что многое ему пришлось начинать сначала. Появились большие финансовые затруднения, мы мужественно их преодолевали.
- Розы, значит, закончились?
- Ну да. Пришлось учиться считать деньги. Было время, когда мы просыпались утром и думали: К кому бы нам сегодня поехать в гости на обед, чтобы заодно и собак накормить? У нас же две собаки, им не объяснишь, что у хозяев кризис. В гараже стояли две машины, старенький роллс-ройс и мерседес без крыши, и мы прикидывали: в какой же еще бензин остался? Сегодня едем в роллс-ройсе! А продать его - кому он нужен? Мы потом на нем за грибами ездили. Очень смешно, когда из огромной машины вываливается куча народу с корзинами.
- А как Саша вписался в вашу театральную компанию?
- Очень легко. Он вообще человек легкий, эмоциональный, может к каждому человеку найти подход. Сначала, конечно, его удивляли некоторые особенности моей профессии. Саша часто приезжал ко мне на съемки, и когда, скажем, в Петербургских тайнах мы лежали в постели с Караченцовым, не мог спокойно это переносить. Я поворачиваю голову и вижу: он сурово на меня смотрит. Дескать, давай-давай, Женечка. Ну, у меня сразу стопор, конечно, я одеяло натягиваю до подбородка. Потом он привык. Может быть, и осталась какая-то ревность, но он понимает, что работа у меня такая. Ну и потом Саша знает меня, поэтому спокоен. Мы ведь венчанные...
- Женя, а эти жуткие сцены, в гробу, он тоже видел?
- Нет, мы тогда еще не познакомились. Мне сначала было очень страшно. Помню, все наперебой советовали: Жень, выпей, тебе легче будет! Помрежи сбегали за бутылкой водки, и мы за каким-то памятником ее выпили. Все, что было потом, мне запомнилось плохо. Помню, как режиссер, Пчелкин, сидел надо мной на табуреточке и уговаривал: Ну хватит смеяться. А я никак не могла успокоиться - смеялась, шутила, веселила окружающий народ. Нервы сдали. В конце концов он вышел из себя; Закрывайте крышку к чертовой матери, может быть, тогда она успокоится! Но до конца ее все-таки решили не закрывать - набросили на меня какое-то покрывало, а крышка была с краю.
- И часто вам приходится... такие роли играть?
- Да нет. Я теперь все больше по следователям прокуратуры иду, это совсем не страшно.
- А из театра домой как добираетесь?
- На машине. Говорят, я неплохой водитель. Иногда, правда, наш старичок роллс-ройс выходит из строя...
- И тогда опять приходится стоять на Тверской, ловить машину? А вдруг вам снова встретится приятный, улыбчивый человек с хорошими манерами, предложит услуги личного шофера?
- Вы знаете, я совсем недавно думала об этом. Я ведь действительно была влюблена в другого, когда с Сашей познакомилась, и тем не менее не отказалась, когда он предложил за мной приехать. А буквально несколько дней назад какой-то молодой человек вот так же попытался со мной познакомиться. Честно говоря, мне было приятно, потому что он наговорил кучу комплиментов, но, с другой стороны, я понимала, что мне он совершенно не нужен. У меня есть мой муж, близкий, родной... И я сказала нет. Молодой человек спросил: У меня что, никаких шансов? - Никаких. Дома я рассказала об этом мужу. Он так обрадовался...

http://www.peoples.ru/art/theatre/actor/krukova/

http://www.peoples.ru

 

 
  Сайт разработан в студии SF7
tel.: +7 /3272/ 696500
© 2017 "Истории о нас"
Все права защищены.