Главная
Колонка автора
Ваши рассказы
Ваша история
Биографии
Интервью
Форум
Консультации психолога
НЕБИРИК

Колонка автора
    Вот подумалось мне как-то сегодня о том, в чем же заключается секрет счастливой семейной жизни?И вспомнилась фраза, гласящая: «Отношения в доме, в семье зависят от женщины»..Надо понимать, что отношения зависят от ума женщины, ее терпения, любви, готовности на жертвы и т.д. Следовательно, если отношения в семье хорошие, значит женщина достаточно умна, терпелива, любвеобильна, готова на жертвы и т.д. но тогда получается, что в тех случаях, когда счастья не получилось, женщины не умны, не терпеливы, не готовы на жертвы?Но ведь это же полный абсурд! Поскольку таких несчастливых семей тысячи, сотни тысяч, при этом женщины, живущие  в таких семьях умны, талантливы, замечательны! И пускай у этих женщин все будет хорошо -  а те, кто смог создать семейное счастье -  кто – нибудь, когда – нибудь подсчитывал сколько приходилось раз этим женщинам, создавшим замечательные семьи, а также всем другим пытавшимся это сделать, идти на уступки, на жертвы, наступать себе на горло ради семейного благополучия? Навряд ли...   
       

 
 
Регистрация

Введите логин и пароль:
Логин:
Пароль:
Забыли пароль?
 
 
 
 
Татьяна Ахрамкова - Могу обижать людей ради пользы дела


Вы здесь: Главная / Интервью / Татьяна Ахрамкова - Могу обижать людей ради пользы дела.
(количество просмотров: 57)

   


 

Татьяна Ахрамкова

(25.04.1959 года [Москва])

Россия (russia)

Драмтеатр имени Станиславского обрел нового руководителя. Им стала Татьяна АХРАМКОВА, ученица Андрея Александровича Гончарова, много лет проработавшая режиссером в Маяковке. Приказ о смене ее статуса уже подписан.

 

 

– Таня, признайтесь, вам сейчас страшно?

– Нет. Не страшно. Наоборот, есть чувство долгожданного поворота. Как в песне Визбора: «Вот поворот какой делается с рекой…» Мне очень надоела монотонность моего существования.

– Тем не менее вы обещаете довести до премьеры «Свадьбу Кречинского» в своей альма-матер.

– Да. Спектакль будет называться «Кречинский. Вольный стрелок». На эту мысль натолкнул меня сам Сухово-Кобылин: у него в пьесе есть куплеты из оперы Вебера, которые напевает Кречинский. Я об этом много думала. И поняла, что в этой опере есть демонические, дьявольские моменты, которые просматриваются и в истории Кречинского. Вообще пьеса – про всех нас. Про эмиграцию сознания в пограничные зоны. Нас уже действительность не подпитывает. Кто-то на наркотики подсаживается, кто-то на Интернет, Кречинский – на карточную игру. Для него именно игра – цель жизни и смысл жизни. А отнюдь не деньги.

– Думаю, как и для всех игроков. С точки зрения заработка это слишком ненадежный способ.

– Конечно! Им нужен адреналин, подпитка психики... Должен получиться спектакль о сильных страстях, о самых разнообразных наркотиках, о наших попытках бегства на ирреальные острова. Я изменила возраст персонажей. Например, тетка, которую все всегда играли старухой, у меня сорокалетняя, полная сил женщина. Она еще хочет, еще может, у нее последний шанс. И происходит странный альянс между Кречинским, теткой и дурочкой-девочкой, ставшей предметом употребления для всей этой компании. Отец, Муромский, тоже еще молодой человек. Все-таки Лидочка взрослая дочь молодого человека. Самый неожиданный персонаж – слуга, который потом превращается в киллера. Выращенный на философии Кречинского, он восходит на новую степень цинизма. Кречинский все-таки человек породы, с определенными принципами, культурный человек. А дальше придет представитель народа, ничем не обремененный, возьмет винтовку и начнет отстрел не задумываясь… При всем при том я надеюсь, что спектакль получится смешной. Должно быть, несколько очень удачных актерских работ. Прежде всего, Анатолий Лобоцкий в роли Кречинского. И совершенно блистательно репетирует Расплюева Роман Мадянов. Даже у меня, у режиссера, иногда сердце замирает от его виртуозных плетений… У нас уже были предварительные прогоны – люди сползали на пол от хохота.

– В последнее время ни один спектакль Театра Маяковского, кто бы его ни ставил, не обходится без чертовщины…

– В последнее время сама жизнь без этого не обходится. А театр просто чувствует и реагирует.

– Что для вас в нынешней жизни самое страшное?

– То, что мы все – участники программы «За стеклом». Я недавно летала на кинофестиваль «Амурская осень» – очень далеко. Туда, где три танкиста, три веселых друга... В аэропорту надо было час ждать пересадки с большого самолета на местный. Я пошла, пардон, в женский туалет. А там висит объявление: «Извините, у нас работает видеокамера...» Мы стали прозрачными. Жизнь стала прозрачной.

– Вы по-прежнему преподаете в РАТИ?

– Да, на смешанном актерско-режиссерском курсе Марка Захарова. Мы с ним давно уже работаем вместе, я преподаю в его мастерской прямо с момента окончания ГИТИСа.

– И как оно вам – молодое поколение актеров и режиссеров?

– Они мало читают. Практически ничего не знают. У них отсутствует корневая система.

– Может быть, необходимо перерубить корни, чтобы создать нечто принципиально новое?

– Ничего радикально нового сейчас в театре появиться не может. Общество в целом пробуксовывает, новых идей нет нигде. Все равно театр – это человек. Надо изучать человека. Заменитель живого общения, живой энергетики пока не найден. Меня очень волнует, откуда они начинают двигаться, что им влетает в уши, в глаза… Есть вечные вещи, к которым надо припадать. Глупо не знать Леонардо или Пушкина. Просто глупо. Потому что в великих культурных текстах – будь то книги, картины, скульптуры, здания – как раз и заложена та питательная энергия, которая может поспособствовать рождению нового.

– Ваши последние спектакли выходили на площадке филиала. А «Вольный стрелок…» появится на основной сцене?

– Очень надеюсь. Для меня важна сама планировка Театра Маяковского. Здесь есть оркестровая яма, я хочу ее открыть, посадить туда живой оркестр, это всегда очаровательно.

– Когда вы брались за «Свадьбу Кречинского», вы уже знали, что эту пьесу репетируют в МХТ?

– Нет, тогда не знала. Теперь знаю, но меня это не напрягает. Я думаю, мы ни в чем не пересечемся.

– Как работа над «Стрелком» будет совмещаться с новыми обязанностями?

– Я обязательно сразу начну что-то делать и в Театре Станиславского. Буду пока работать на два дома. Там меня не торопят – надо посмотреть репертуар, познакомиться с труппой.

– Предварительный разговор с директором, Феликсом Демичевым уже был?

– Да. У меня пока очень приятное впечатление. Он настроен творчески, обещал замыслам моим не мешать и дал мудрые советы, как лучше входить в театр…

– …и выходить оттуда. Вы ведь, по-моему, дружите с Мирзоевым, который продержался на посту худрука всего несколько месяцев. Он вас не предостерегал?

– Мы с Володей действительно друзья, но он меня не предостерегал. Насколько я понимаю, год назад у него просто возникли другие планы.

– Вы морально готовы к ответственности за целый театр? Созрела, чтобы взять свое?

– Я давно созрела, чтобы взять свое. Я прошла школу и Гончарова, и Захарова, и Арцибашева – видела, какие сложности он здесь испытывал поначалу. Я попытаюсь существовать естественно, не изображая из себя худрука. Мне нужно, чтобы на меня ничто не давило, не мешало сочинять. Хочется, чтобы за три-четыре репетиционных часа не только я что-то давала актерам, но и актеры мне. Потому что из этих часов складывается моя жизнь. Главное, чтобы мы поняли друг друга и говорили на одном языке.

– У вас есть какая-то программа?

– Во-первых, я хочу привести туда своих студентов. Там есть малая сцена, ею сейчас не пользуются, но мне обещали, что ее подремонтируют, и мы продолжим там наши занятия, нашу работу по пьесе Яноша Гловацкого «Фортинбрас спился». Для основной сцены сейчас пишется пьеса, но пока боюсь выдавать подробности.

– Будете приглашать на постановки других режиссеров?

– Конечно! С Володей Мирзоевым я на эту тему уже говорила. Помимо того, у меня ведь масса учеников, в том числе известных и даже скандально известных: Самгин, Шамиров… С удовольствием буду приглашать.

– С одной стороны, такой поворот в вашей судьбе можно счесть неожиданным. Но с другой – после ухода Гончарова все говорили, что «Маяковку» возглавите именно вы…

– Я бы никогда не взяла этот театр. Потому что я здесь выросла. Я поступила на курс к Андрею Александровичу в 1981 году. Пришла в этот театр с длинной косой. Чтобы произвести какие-то преобразования в Театре Маяковского, нужен был независимый человек. Я бы не смогла никого уволить, никого обидеть. Хотя обижать надо – просто для пользы дела.

– Значит ли это, что для Театра Станиславского наступают тяжелые времена?

– Конечно, я буду смотреть, кто как работает. Меня пригласили, чтобы изменить ситуацию, и я обязана это сделать.

– Возможны радикальные меры?

– Да. Во всяком случае, радикальные меры, направленные на укрепление труппы. Непрофессионализм цеховой тоже не пройдет. Театр Станиславского должен иметь в виду, что я очень хорошо знаю цеха. Свет, реквизит, костюмы, декорации – я все это изучила сызмальства. Тут разгильдяйства я не потерплю.

Дата публикации на сайте: 25.11.2007

http://www.peoples.ru/art/theatre/dramatist/tatyana_ahramkova/

www.peoples.ru

 

 
  Сайт разработан в студии SF7
tel.: +7 /3272/ 696500
© 2017 "Истории о нас"
Все права защищены.